Если попытаться заглянуть в перспективу. Какие государства быстрее всего оправятся от кризиса или понесут наименьшие потери?


Пока рано говорить о выходе из кризиса. Не одно государство еще не продемонстрировало даже понимания его масштабов. С причинами кризиса никто не борется, их даже не пытаются уяснить. Принятые пока «антикризисные меры» направлены лишь на оказание государственной помощи наиболее пострадавшим крупным компаниям.
Впереди у кризиса еще несколько лет. Развивается он пока без препятствий.
Во многих странах происходят национализации банков. Возможно, вскоре национализировать начнут и индустриальные предприятия. Государства все активней вмешиваются в управление экономикой. Некоторые аналитики уже называют это новым кейнсианством. Можно ли характеризовать как кейнсианские регулирующие шаги российских властей?
Кейнсианскими, меры правительства вряд ли могут быть названы, поскольку они никак не стимулируют повышения потребительской активности. Более того – они по-прежнему направлены на ее ослабление. Чего стоит одна только безумная эмиссионная политика, при переполненной казне. Если государственные меры и можно признавать кейнсианскими, то лишь стихийно и весьма частично. Но от этого они все равно ничего не меняют, на спасение экономики не работают, и работать в таком виде не будут.
Совершенно справедливо государственные меры не вызывают у населения позитивных эмоций. Люди их не поддерживают и не одобряют, потому что они на трудящихся не направлены. Правительство пытается попросту переждать «смутные времена» в экономике, ничего не меняя в стране, оставляя все неолиберальные правила, даже ужесточая их. В Кремле все еще верят: кризис пройдет как дурной сон и цены на нефть опять пойдут все выше и выше. Ничего подобного не случится. Во-первых, кризис надолго и никаких валютных резервов на замещение прибыли корпораций не хватит. Во-вторых, кризис требует перестройки мировой и национальных экономик. Его нельзя переждать. Старым антикризисными рецептами он также не подвластен.
Все надежды на забытые методы кейнсианства, как среди либералов, так и среди умеренных левых малообоснованны. Кейнсианство в привычном смысле в современных условиях работать так просто не может. Это отлично показали четыре кризиса, один страшнее другого, с 1969 по 1982 год.
Со времени 1970-х годов мировой рынок еще более вырос, увеличилось международное разделение труда, а кейнсианское регулирование экономикой не работало уже 30 лет назад.
Недавно ИГСО выступил с тревожным заявлением о развивающихся в стране массовых увольнениях. Информацию Института подтвердила Международная организация труда (МОТ). На прошлой неделе власти Петербурга потребовали от компаний уведомлять их о намечаемых увольнениях за 2-3 месяца, как это положено делать в отношении рабочих по закону. Иначе чиновники грозят административными преследованиями и обещают принять «превентивные меры» по сбиванию волны увольнений. О чем идет речь? Насколько действенным могут быть подобные обращения?
Никаких «превентивных мер» по сбиванию поднимающейся волны увольнений пока нет. Состоять они могут лишь в политике создания рабочих мест и обеспечения предприятиям заказов способствующих сохранению персонала. Это обращение выражает, прежде всего, аппаратный страх перед неуправляемой тенденцией массовых увольнений.
Бюрократия испугана и это нормально. Процессы совершенно не находятся под контролем. По телевизору можно сколько угодно говорить, что кризис в Исландии или где-то еще, но россияне знают – кризис есть и в России. Подобных деклараций, очевидно, будет еще много. Однако административное командование бизнесом на предмет «увольнять или не увольнять» ничего принципиально не меняет: повальных увольнений не это не остановит, рабочих мест и гарантий трудящимся не даст, ситуацию в экономике не выправит.
Остановить начавшийся процесс чиновными декларациями невозможно. Даже если бюрократия станет притеснять коммерческие институты за неподчинение, фирмы могут просто пойти на уменьшение зарплат до белого уровня. Это испытанный способ получения «добровольного» увольнения. Никто в администрации Петербурга, иного города или региона не готов к разбору лавины данных и контролю за теми, кто их не предоставил. Механизмы давления у власти есть, а механизмов реального решения проблемы нет. Желания их решать тоже не видно.
<< | >>
Источник: Василий Колташов. Кризис глобальной экономики. 2009
Вы также можете найти интересующую информацию в электронной библиотеке Sci.House. Воспользуйтесь формой поиска:

Еще по теме Если попытаться заглянуть в перспективу. Какие государства быстрее всего оправятся от кризиса или понесут наименьшие потери?:

  1. Например, если авиаперевозки между двумя крупными городами осуществляют две-три компании, они попытаются избежать
  2. За счет чего прогноз МЭР может реализоваться? Какие решения государства могут способствовать его реализации, а какие, наоборот, препятствовать?
  3. Перемен какого рода следует ожидать в 2009 году? Какие области изменения затронут больше всего?
  4. Предвидеть кризис было возможно? Какие внешние факторы и характеристики работы компании могут рассматриваться как ключевые индикаторы кризиса?
  5. Когда можно ожидать перехода кризиса в фазу быстрого развития?
  6. Можете ли сказать что-то о том, какие потери может нести фирма от невротической обстановки?
  7. Какие новые тренды могут проявиться в экономике в фазе выхода из кризиса? Может ли фундаментально измениться экономическое поведение в обществе? Каким может стать общество после кризиса?
  8. ГЛАВА Доходы (или потери) от продажи активов
  9. Так же как и домашнее хозяйство не имеет возможности дать каждому своему члену всего, что он или она желали
  10. Что такое издержки инфляции? Какие из них, по вашему мнению, играют наиболее заметную роль в экономике России? 7. Если
  11. Если бы экономисты обладали возможностью точно предсказывать перспективы развития экономики хотя бы на год вперед, применение